За последние 50 лет содержание ключевых микроэлементов в овощах существенно снизилось: кальция — на 44%, магния — на 34%, железа — на 28%. Это глобальная проблема, которая влияет на качество питания по всему миру. Однако именно она задаёт контекст для амбициозного заявления, прозвучавшего на Петербургском международном экономическом форуме.
Россельхозбанк предложил рассматривать Россию как потенциального лидера в производстве продуктов здорового питания. Речь не только о биологизированных удобрениях и генном редактировании, но и о функциональном питании, которое восполняет дефицит конкретных веществ. Пока это направление находится на ранней стадии, но крупные игроки рынка начинают вкладываться в разработки.
Четыре технологических пути
Первый — использование биологизированных удобрений и средств защиты растений. Это позволяет выращивать продукцию с сохранением питательных свойств. У российских производителей уже есть определённые наработки, которые пока не вышли на промышленный цикл.
Второй — генное редактирование CRISPR. В отличие от ГМО, эта технология позволяет создавать новые свойства продуктов без переноса чужеродных генов. Одна из целей — увеличение содержания микроэлементов в конечном продукте.
Третий — создание функционального питания. Японская модель, о которой упоминала зампредправления Россельхозбанка Елена Батурова, предполагает три категории: продукты для людей с конкретными заболеваниями (диабет, гипертония), обогащённые микроэлементами продукты и функциональное питание с научным подтверждением.
Четвёртое направление — персонализированное питание, которое учитывает генетические особенности конкретного человека. Это наиболее далёкий от массового внедрения путь.
Почему россияне всё равно питаются плохо
ВЦИОМ провёл исследование совместно с компанией «Логика молока». Результаты показывают: 58% россиян стараются питаться правильно, но признают, что делать это постоянно невозможно. 25% не ориентируются на принципы правильного питания вовсе. Лишь 17% ответили, что питаются правильно.
Главный барьер — экономический: 61% респондентов назвали ограниченную потребительскую возможность. На втором месте — инерция привычек: 53% ссылаются на неправильные пищевые привычки, 13% — на противоречивость информации, 10% — на ассоциацию здорового питания со «невкусно». Образ жизни мешает 29–34%: питание вне дома, стресс, нехватка времени. Ещё 28% указывают на сложность поиска качественных натуральных продуктов.
Что дальше
Россельхозбанк работает с российскими агротехнологическими стартапами — их более 400, и 20% направлены на разработку новых продуктов питания. Когда биотехнологические разработки выйдут из лабораторий в производство, это изменит и структуру АПК, и потребительский рынок. За ситуацией стоит следить.
